НовостиСтатьиФорумСкачатьГалерея
На главную страницу

Навигация

Список статей



поиск по сайту


Реклама:

Статьи → Все статьи

Голос Пандоры: общество в киберпространстве



Редакционная коллегия выпустила уже пару изданий AVH за последнее время. Наш хороший друг The Phantom приобрел влияние в печатных кругах, а так же к нам присоединилась Humdog (Montserrat Tovar в игре), которую я никогда не встречал в реальной жизни, но был знаком с ней с 1992 года по интернету. В представлении Hummie я опираюсь на эссе, которое она написала в 1994 году, и озаглавила "Голос Пандоры: общество в киберпространстве" ("Pandora's Vox: On Community in Cyberspace"). Статья интересна тем, что содержит первый кусок, как мы называем ее в Альфавилле, Драмы.

Вместо предисловия, позвольте мне опубликовать небольшое сообщение, которое покажется знакомым игрокам TSO.

"Женщина, вовлеченная в это происшествие, приняла ухаживания мужчины сразу на нескольких уровнях: самое важное, что они поверили в реальность происходящего и в то, что у них состоялся секс. Нет никаких сомнений, что эти отношения затронули их и они переживали и чувствовали себя скверно, когда эти отношения плохо завершились. В то же время оказалось, что мужчина не отождествляет себя со своей проекцией и не чувствовал своего полного участия в процессе, не придавал того же значения знакам внимания. Так же стало понятно, что партнеры не обсуждали между собой возникавшие чувства и ощущения. Следовательно, появившееся между партнерами недопонимание можно в больше степени приписать тому, что мужчина воспользовался ситуацией, в которой женщина приняла все близко к сердцу. На основании сказанного можно сделать вывод, что он использовал женщину как сексуальный объект. Женщина, в свою очередь, чувствовала себя достаточно комфортно в роли жертвы, таким образом и сложилась игра. Из многих сотен отписавшихся по этой теме всего несколько человек были достаточно сообразительны, чтобы описать суть процесса. Она заключается в том, что произошедшее событие было в большей степени обусловлено наличием и возможностями средства коммуникации, чем самими персонажами, пережившими все последствия произошедшего. Люди, придерживавшиеся такой точки зрения, списали, неудачу на "отсутствующие подсказки" в виде языка тела, тона речи и внешнего вида".

Голос Пандоры: общество в киберпространстве

Автор: Humdog (1994)


Когда я оказалась в киберпространстве, то мне показалось, что это место очень похоже на все, что мне знакомо по реальной жизни, все, с чем ежедневно сталкивается человек. Я ошибалась, когда думала так. Это была ужасная ошибка.


Виртуальный мир Second Life

Первое понимание того, с чем я столкнулась на самом деле - незнакомая мне территория, взаимодействовать с которой приходится по ее собственным правилам, отличающимся от реальных - пришло, когда люди начали со мной разговаривать так, будто думали, что я мужчина. Когда они писали что-то обо мне в третьем лице, то описывали меня местоимением "он". Первое время это было забавно, но по мере того как это продолжалось, я стала чувствовать себя как вилка не в своей тарелке. В конце концов я сказала им, что я, Humdog, на самом деле женщина, а не мужчина. Это их удивило. В тот момент я поняла: стирание границ между двумя полами - это то, что происходит повсеместно. Но, возможно, в сети это просто более очевидно. Вот откуда мое уважение к полу человека в сети.

Я подозреваю, что киберпространство существует по причине того, что является чистейшим олицетворением массового сознания, как это описала Джэн Биодриллиард (Jean Beaudrilliard). Это черная дыра. Она засасывает энергию и личность человека, а затем представляет все в виде спектакля. Люди склонны привязывать свое видение общества к образу синих воротничков, рабочих, вскинувших мускулистые руки вверх в знак приветствия. По некоторым представлениям в руках они держат гаечные ключи. Как бы там ни было, эти образы досталось нам в наследство от Маркса и они романтичны как букет алых роз с длинными стебельками. Общество больше похоже на одну из тех безликих кукол, которую вы можете найти в лавке старинного мастера: мягкая, милая и безмолвная. Когда я говорю "милая", то имею в виду нечто зловещее и угрожающее.

Можно считать, что киберпространство - это подобие райского острова, где люди свободны от забот и могут потакать себе в капризах и выражать свою индивидуальность. Некоторые люди, однако, пишут, что киберпространство подобно утопиям 60-х годов. В действительности это не правда. Большинство онлайновых служб, как Compuserv и America Online обыкновенно управляют беседами и подвергают их цензуре. Даже некоторые якобы свободные (хотя и политкорректные) платформы, например, WELL, ввели цензуру на разговоры. Разница лишь в том, какой для этого используется метод и какова ее строгость. Однако, больше всего мне интересно как сообщества рассуждают о том, что свобода выражения существует только в рамках того можете ли вы ругаться и просматривать порнографические картинки. У меня в активе есть занятное мнение, которое наводит меня на мысль, что само обсуждение возможности писать нецензурные выражения или беспокойства по поводу просмотра картинок, изображающих половой акт, является наименьшей проблемой в отношении свободы выражения личности в киберпространстве.

У западного общества наблюдаются проблемы с внешним видом и чувством реальности. Не много времени пройдет перед тем, как это разделит людей, сделав одних более реальными, чем другие. Заставив одних вкладывать в понятия больше значения, чем вкладывают другие. У двух людей есть что сказать по этому поводу: Ницше и Биодриллиард. Я привлекла их авторитетные мнения для того, чтобы кто-нибудь не подумал, будто я все выдумала. Ницше полагал, что конфликт между двумя этими идеями не может быть разрешен. Биодриллиард считает, что он был разрешен и поэтому некоторые люди считают, что сообщества могут быть виртуальными: мы предпочитаем симуляцию (подобие) действительной реальности. Картинка и ее подобие заставляет напрячься все мощнейшие источники силы культуры. И это то самое напряжение, которое наполняет смыслом все разговоры о том, что реально, а что не реально. А это порождает в киберсреде внимание к личности, отношениям, полу, обсуждениям разнообразных вопросов и самому обществу. Практически каждое обсуждение в киберпространстве, о киберпространстве сводится к дискуссии о Правде в заманчивой упаковке.

Киберпространство в большинстве своем безмолвное место. И в этой тишине самовыражение массового сознания набирает полную силу. Довольно интересна сама идея тишины, как место, в котором миллионы пользователей парят над землей как ангелы в потоке света в поисках подходящего собеседника. Тишина царствует несмотря на то, что мир живет, как правило во время происходящих событий. Парадокс в том, что она возникает, когда люди начинают общение. Когда пользователь печатает что-то в чат, то как бы поселяется в иллюзии, в которой кроме него никого нет. Язык в киберпространстве - это мертвая ледяная пустыня.

Я встречала множество людей, раскрывающихся другим в онлайне, и я поступала также, пока в конце концов не поняла, что я коммодифицировала себя. Коммодификация значит, что вы превращаете что-то в продукт, который имеет денежную стоимость. В девятнадцатом веке коммодификаторы, которые Карл Маркс называл "средствами производства", создавались на фабриках. Капиталистами были люди, обладавшие средствами производства, а сами средства производства изготовлялись рабочими, чей труд эксплуатировался. Я пишу свои мысли и являюсь средством производства для корпорации, которая владеет пространством, куда я пишу. И этот товар продается потребителю под видом развлечения. Это значит, что я продала свою душу как какой-нибудь кроссовок и за это не получила вознаграждения. Люди, часто пишущие материалы на сайтах компаний, должны знать, что они не больше, чем фабричный инструмент и тот самый кроссовок. Крайне редко люди пишут письма о том, что их вклад не оценивается по достоинству управлением компании.

И если этого не достаточно, то могу сказать, что мои слова обессмертила процедура перезаписи данных. Дальше-больше. Мне приходилось платить по 2 доллара в час за возможность производить информацию и размещать ее. Но что самое ужасное, я оказывалась в поле зрения "замечательных" ребят из ФБР: они могут скопировать для своего пользования все, что посчитают необходимым. Заявлено, что главное преимущество киберпространства - свобода слова. Но в действительности виртуальная реальность является эффективным средством надзора, с которым люди все охотнее сотрудничают.

Активисты так называемых виртуальных сообществ довольно редко придают значение экономической, деловой роли сообщества. Множество виртуальных сообществ - это предприятия, позволяющие людям общаться. Они основывают свой бизнес на истерических призывах к отождествлению себя и своего Альтер-эго или фетишизму, точь-в-точь как предприятия, выпускающие спортивные кроссовки по двести долларов за пару. Активисты виртуальных сообществ далеко не всегда упоминают, что эти системы часто не отличаются друг от друга ни культурно, ни этнически. Однако, они рады тиражировать идею о культурном и этническом различии. Они редко посвящают внимание демографическим проблемам, если только это не демографические противоречия в среде наращивающих активность белокожих женщин из среднего класса, подходящих под определение ортодоксального академического феминизма.

Идеология электронного общества должна содержать три важных составляющих. Первое - идею социума, второе - идею экологии, и наконец, понимание того, что технология означает и равна прогрессу, в традициях девятнадцатого века. Все эти идеи разбиваются анализом на несколько элементарных форм.

Как сказала Биодриллиард, социализация приносится в жертву растущему объему информации. Особенно это актуально для средств массовой информации. Общество само по себе подобно динозавру: люди посвящают себя разным видам деятельности, которые преимущественно направлены на потребление. Даже Evil Newt говорит, что (я была на его лекции) так называемые электронные сообщества стимулируют своих участников объединяться во фрагментарные, как правило безмолвные группы, общение участника в которых происходит преимущественно с самими собой. Другими словами, большинство людей склонны отмалчиваться, и на их фоне те, кто что-то пишут, считают себя героями.

Экология - это социальная идея, которая призвана помочь людям чувствовать себя лучше. То как они будут себя чувствовать, напрямую зависит от скорости, с которой они попытаются очистить планету Земля от всего промышленного мусора, которым засорили ее после второй индустриальной революции. Это полезная и приятная концепция особенно в наше время, когда ученые пытаются выяснить, как они смогут объяснить сегодняшние свалки радиоактивных отходов людям в будущем, через тридцать тысяч лет. Экология также путь пересмотреть кальвинистические ценности по более подходящим углом. американцы кальвинисты, мне не хотелось бы этого признавать. Но они ничего не способны с этим поделать. Это распускается подобно майскому цветку.

Я также считаю, что идея виртуальных сообществ - это манифестация и триумф символических ценностей над действительными. Нет ничего, что бы попадало в виртуальное сообщество, и не было бы заражено это тщетой. Электронные сообщества были чем-то отличным от поголовного увлечения образами, определение же действительной личности собеседника, которое в реальной жизни практически целиком основывается на его внешнем виде, в виртуальной реальности стало более сложным. Создаваемые образы рекламируют электронные технологии как землю обетованную на просторах виртуальной реальности: С поправкой на политкорректность, "зеленый" компьютер, офис без бумажной документации и иллюзия того, что личностью в киберпространстве можно манипулировать, нивелируя значение пола, этнической принадлежности, и других признаков культурных различий; последнее, конечно, является самым очевидным и самым нелепым. Обе эти идеи, социальная и экологическая напрямую питают идею прогресса, которая не казалась столь им противоположной для промышленников девятнадцатого века.

Я попытаюсь пояснить: WELL, система конференций, расположенная в Саусалито, штат Калифорния, обычно приводится как пример "социальной ячейки" в киберпространстве. первоначально являвшаяся частью Point Foundation, который также ассоциируют с Whole Earth Review и Whole Earth Catalogues. WELL занимает интересную нишу на рынке электронных средств массовой коммуникации. Она заявляет о себе как о средстве общения для образованных, начитанных и творческих личностей. Она позиционирует себя как необходимый элемент в процессе общественного прогресса, и она в действительности, кальвинистична и является чем-то большим, чем островок свободы. WELL страдает от старомодной ауры хиппи, которая ведет к нескольким спорным утверждениям об обществе и культуре. Никто, кстати, не должен думать, что WELL чем-то отличается от больших по количеству пользователей сервисов, вроде America OnLine или Prodigy - все это не больше, чем формы бизнеса, и во главе всех этих служб стоят большие корпорации. Просто в WELL, благодаря неуклюжей панели управления, это чуть менее очевидно.

В июле 1993 года в одном из случаев, который получил национальную огласку, репутация одного человека была уничтожена в WELL, людьми, использующими WELL, потому, что он посмел завести отношения больше чем с одной женщиной одновременно, а в действительности потому, что это не соответствует правилам, принятым в этом сообществе. Не буду говорить о том, что он плохо поступил с этической точки зрения, потому как убеждена, что этические нормы в виртуальном сообществе часто корректируются в соответствии с принятыми самим этим обществом стандартами поведения. В киберпространстве, например, личность человека может быть художественным вымыслом. Но сообщения, относящиеся к теме новости 1290 (сейчас располагается в архиве), были очень цельными и били в самое сердце проблемы киберпространства: желании наделить симуляцию всей значимостью реальности.

Женщина, участвовшая в истории 1290, приняла ухаживания мужчины сразу на нескольких уровнях: самое важное, что они поверили в реальность происходящего и в то, что у них состоялся секс. Нет никаких сомнений, что эти отношения затронули их и они переживали и чувствовали себя скверно, когда эти отношения плохо завершились. В то же время оказалось, что мужчина не отождествляет себя со своей проекцией и не чувствовал своего полного участия в процессе, не придавал того же значения знакам внимания. Так же стало понятно, что партнеры не обсуждали между собой возникавшие чувства и ощущения. Следовательно, появившееся между партнерами недопонимание можно в больше степени приписать тому, что мужчина воспользовался ситуацией, в которой женщина приняла все близко к сердцу. На основании сказанного можно сделать вывод, что он использовал женщину как сексуальный объект. Женщина, в свою очередь, чувствовала себя достаточно комфортно в роли жертвы, таким образом и сложилась игра. Из многих сотен отписавшихся по этой теме всего несколько человек были достаточно сообразительны, чтобы описать суть процесса. Она заключается в том, что произошедшее событие было в большей степени обусловлено наличием и возможностями средства коммуникации, чем самими персонажами, пережившими все последствия произошедшего. Люди, придерживавшиеся такой точки зрения, списали, неудачу на "отсутствующие подсказки" в виде языка тела, тона речи и внешнего вида. Ни один из этих признаков, как они отметили, в киберпространстве не присутствует, поэтому люди создают у себя в голове не соответствующий реальности образ партнера. Подобные взгляды на проблему, однако, составляли меньшинство. Большинство стали предполагать, что это шокирует организаторов Царства Террора. Использовались даже слова "Преступление" в отношении состоявшегося линчевания.

Истеричное отождествление себя с персонажем в виртуальной реальности - это умственный механизм, который позволяет одному человеку принять издевательства группы лиц. Это то, что до 80-х годов считалось проблемой женщин. В нашем обществе множество решений о том, кем же на самом деле является человек, принимается через призму самой настоящей истерической идентификации. Во многих случаях, это заблуждение привнесено отзеркаленными рекламными сообщениями, которые наделяют товары волшебными свойствами, превращая их в фетиши. Стоит купить фетиш, и волшебные свойства, ассоциируемые с товаром, по обещанию рекламы, станут принадлежать вам. Это очень просто, не требует больших вложений денег и умственного труда.

В октябре 1994 года была открыта тема пар под номером 163. Пользователь Z пришла поговорить о своих супружеских проблемах, вовлекая в обсуждение и психически взбудораженную дочь. Все началось довольно стандартно для историй такого типа, с женщиной, просящей и получающей совет о том, что стоит сделать. Всего за несколько дней, однако, ситуация накалилась, и женщина, называвшая себя ее дочерью, X, тоже обнародовала свое мнение. Женщина называвшая себя дочерью, рассказала о своих проблемах и описала свои чувства по этому поводу. Проблема, как оказалась, состояла в угнетении. Это показало, что что-то осталось за рамками обсуждения. Но настоящая оргия началась, когда голоса стали появляться один за другим, утверждая, что как раз они и являются загадочной дочерью X. Личности, говорившие о себе от имени дочери и общий тон постов становились все более и более странными и в конце концов пользователь Z положила устрашающее окончание всей этой истории, написав извращенно лирический монолог о материнском счастье и примирении, направленном в сторону виртуального внутреннего ребенка, который появился, чтобы найти убежище в ее мягких, заботливых руках. Чем больше виртуальных детей плакались на ее плече, тем лиричнее звучали монологи виртуальной мамочки. Это представление, которое больше походит на дело рук профессионального психолога, прочитавшего об этом в WELL, за несколько дней вышло за пределы сообщества. Затем тема обсуждалась в разоблачительных тонах в узких кругах в нескольких местах. Когда тема себя исчерпала, виртуальная мамочка неохотно признала, что только дикарь мог поверить, будто она разыграла в сети трагедию из своей реальной жизни.

Одним из наиболее интересных фактов для меня в обоих случаях является то, что они проистекли из записи. Новость 1290 находится в архиве. Это значит, что она находится на хранении в электронном устройстве, похожем на то, что сделал Ватикан с дубликатами пробных работ Галилео Галилея. Они есть, но вам нужно их отыскать, и упоминание о 1290 заставляет пользователей WELL нервничать. Пары 163 были убиты. Это значит, что они были разрушены, их больше нет. Не осталось ничего, кроме ленты с записью в сердце жесткого диска для таких людей, как я, скачивающих эти сведения для личного пользования. Все, что я здесь вижу - это виртуальные сообщества, которые по сути являются коммерческими предприятиями, дарящими некоторые приятные моменты на пути по дороге к обесчеловечиванию общества: они хотят заработать на человеческом общении, наслаждаясь спектаклем, пешками в котором становятся живые люди. Тогда и там, где этот спектакль начинает причинять беспокойство или становится причиной проблем, они придумывают историю, о том, как все замечательно, словно в какой-нибудь банановой республике.

Это, однако, не должно никого удивлять. С эстетической точки зрения виртуальные сообщества склонны хвалить, как вежливую прессу нашего века, в равной степени наделенную качествами новомодного противодействия информативной глубине сообщений, соединенного с элементами постмодернистского эстетического вкуса. Виртуальные сообщества оставляют после себя нейтральную запись, которая доступна интересующимся персонам, пока компания пытается поддержать иллюзию скоротечности жизни сообщества. В этом деле им каким-то чудом удается удовлетворить потребности сетевых психоголиков.

Люди могут говорить о виртуальном пространстве, как об утопическом обществе только потому, что это признак образованности, и, следовательно, может быть подвергнуто редакторской правке. Эти два происшествия и еще одно, в котором смерть женщины хореографа была превращена в онлайновое представление, навели меня на мысль о том, что виртуальные сообщества были, если понимать, что их на самом деле не существует, кроме того, что я уже сказала, своего рода рынком сбыта произведенных образов.


Покупки в магазинах Second Life

Возрастая, потребление поддается микро управлению, как и предполагали великие марксисты Элвин (Alvin) и Хэйди Тоффлеры (Heidi Toffler), когда говорили об эффекте демассивизации. Так называемые виртуальные сообщества могут быть рассмотрены как своеобразный микро маркетинг социальной самопровозглашенной элиты. Это отвергает возможность человеческих отношений, на которых строятся все аутентичные сообщества. Единственное, что там точно присутствует - это образ, как череда белых посланий, как о категории, когда общий курс понятен и мы можем говорить об образах внутри этого сообщества, хорошо упакованных, пронумерованных и готовых для употребления.

Много раз в киберпространстве я чувствовала необходимость сказать о том, что я человек. Однажды мне сказали, что я существую, в общем-то, как голос и чья-то голова. Много раз мне нужно было видеть рукописный текст на бумаге, или фотографию, или услышать телефонную беседу, чтобы понять, что говорю с живым человеком, но такие вещи необходимо для меня, потому что я - это я. Я пытаюсь сопротивляться тому, чтобы меня упаковали и присвоили личный номер. Пожалуй, я верю Уильяму Гибсону (William Gibson), когда он пишет об искусственном интеллекте и сооружениях. И мне это не нравится. Я подозреваю, что мои слова были выдернуты из контекста, и когда это эссе будет предъявлено широкой аудитории, они будут казаться выдернутыми еще больше. Когда я окунулась в киберпространство, то однажды утром забыла опустошить мусорную корзину. Пара друзей позвонили мне по телефону, и в конце концов сказали, что моя директория все еще там. Я ответила: "Ох". И они, и я знала, что возможно эти люди развлекаются с содержимым моей директории. Как написал Питер Габриэль (Peter Gabriel), веселье никогда не прекращается. Может быть, иногда я буду выходить в киберпространство и веселиться, если подвернется подходящий случай. А пока передайте от меня привет ФБР.

Источник: http://www.secondlifeherald.com

Опросы

Как вы относитесь к проекту Second Life?





Все права защищены © 2006-2009.
Копирование любых материалов запрещено.